8 августа 1943 года – умер Евгений Гернет,

отважный морской офицер и известный гляциолог.

О замечательным отечественном гляциологе Евгении Гернете я впервые услышал при посещении знаменитой ледяной Кунгурской пещеры в Пермском крае. Наша экскурсовод настолько тепло о нём отзывалась, что я сделал в блокноте пометку: непременно поинтересоваться биографией этого человека. Как оказалось, не зря! Интереснейшая личность, немалый вклад в науку об Арктике, да ещё и отличия в морских сражениях Русско-японской, Первой мировой, Гражданской войн… И трагическая кончина…

Евгений Сергеевич ушёл из жизни восемьдесят лет назад, в августе 1943 года. Чем не повод поговорить об этом неординарном человеке.

Итак: Гернет Евгений Сергеевич. Родился в славном Кронштадте 31 октября 1882 года.

Его далёкие предки – выходцы из Англии, в какой-то момент осели в Ревеле, и с 1710 года оказались в подданстве России. Гербом рода является большой адмиралтейский якорь на лазоревом поле – так что выбор морского служения для нашего героя вполне объясним.

По окончании Морского корпуса в 1902 году направлен на Дальний Восток. Где тут же принял участие в Русско-японской войне, сначала на канонерской лодке «Отважный». Затем его переводят штурманом на миноносец «Лейтенант Бураков». Этот трофейный корабль был захвачен во время подавления «боксёрского восстания» (построенный в Германии китайский «Хай Хуа», т.е. «Морской цветок»), он отличался высокой скоростью, а потому четыре раза прорывался с донесениями из осаждённого Порт-Артура – и тут роль штурмана не может подвергаться умалению. Ну а доставка секретного донесения во Владивосток на джонке, да в одиночку, это и вовсе иначе как подвигом не назовёшь. Равно как и попытку доставить в осаждённый порт-крепость транспорта с боеприпасами – попытка не удалась, но вины нашего героя в том нет ни на йоту…

За участие в той несчастливой для русского флота войне удостоен нескольких боевых наград – с мечами и бантами. Дальше пошла служба с постепенным продвижением по службе и постоянными перемещениями с одного флота на другой, с одного «борта» на другой…

А в 1910 году приключилась с Евгением Гернетом некая история, вникать в которую я не стал. Причина проста: вдруг там окажется что-то не красящее симпатичного мне человека!.. Куда приятнее предположить романтическую версию происшедшего, и отправиться по его жизнеописанию дальше, к следующей войне, к последующим ратным подвигам…

В общем, в 1910 году Евгений Гернет вдруг куда-то исчез почти на полтора года. Когда объявился, тут же оказался под судом – за ту самую отлучку, да ещё пропажу казённых денег. Повторюсь: не знаю, что там случилось, и разбираться не стал… Будем считать, что вспышка любовной страсти, которая захлестнула, уволокла, высосала молодого человека, а потом выбросила на скамью суда офицерской чести (да и уголовную заодно)…

Нет-нет, ни в коем случае не оправдываю своего героя: и самовольное оставление службы, и растрата казённых средств – это подлинные преступления. Наказание – увольнение из флота, лишение звания, дворянства и наград – вполне объяснимо. И только любовь может послужить для этого хоть каким-то смягчающим (не оправдывающим!) обстоятельством.

Правда, в одном источнике я встретил вполне прозаическую версию происшедшего: Гернет на этот период вроде как устроился служить в Добровольный флот, однако это никак не объясняет предъявленных ему обвинений. В общем, темна вода, как водится.

…Но наступила тяжкая година военных испытаний – война, вошедшая в историю как Первая мировая. Грехи – грехами, а реальный боевой опыт оказывается востребованным. Евгения Гернета призывают на службу, восстанавливают в звании и должности, возвращают награды.

Служить старшего лейтенанта Гернета направляют на Черноморский флот. Здесь он командует транспортами, участвует в высадке десанта под огнём турецких береговых батарей (Трапезундская операция, общее командование осуществлял генерал от инфантерии Николай Юденич), получает ранение, по излечении – и повышение в чине и по службе… В госпитале в Батуми, где Евгений Сергеевич лечился, он познакомился с медсестрой Лидией Шелагуровой, которая стала его женой (умерла в блокадном Ленинграде).

Уже в который раз приходится писать о том, что кто знает, как бы сложилась судьба у кого бы то ни было, если бы не 17-й год!.. Человек, жизнь которого протекает по привычному руслу, не слишком часто с неё сворачивает без особых причин. А революция – такая данность: каждому приходится выбирать, к какому лагерю пристать. Даже не пристать к лагерю – под каким знаменем идти вперёд. Октябрь 1917 года поставил каждого перед выбором: или идёт в новую жизнь, или остаёмся в старой, только с подновлённым фасадом. В реальности всё получилось иначе, но на тот момент виделось именно так.

Если не ошибаюсь, у Валентина Пикуля я вычитал мысль: многие флотские офицеры приняли Октябрь по двум основным причинам. Первая: они не могли простить царизму Цусиму и вообще позор той войны. И во-вторых, на протяжении долгого времени морское офицерство оставалось кастой, но со временем она, эта относительно замкнутая каста, всё больше утрачивала свою цельность – в неё приходили офицеры-механики и инженеры, выходцы из разночинцев, что приводило к нарастанию противостояния в этой среде: «белая кость» против мазута… Так вот, именно офицеры технических служб в основном примкнули к революции – их задевало пренебрежительное отношение флотской элиты.

Мы не знаем, чем руководствовался Евгений Сергеевич, принимая решение принять сторону Советской власти. Возможно – вполне допускаю и такой вариант! – он это сделал за неимением вариантов в данный конкретный момент. Ну а впоследствии просто оставался верен раз сделанному выбору.

К сказанному хочется добавить только одно: экипаж последнего корабля, на котором Евгений Сергеевич служил до переломной зимы 1917-1918 годов, экипаж эсминца «Каликрия» при прощании подарил ему серебряный портсигар с лаконичной, но столь показательной гравировкой: «Командиру – человеку». (Впрочем, и у этого утверждения среди биографов имеются скептики: мол, не для Гернета изготовлен портсигар, а ему он только достался по наследству).

…История трагедии Черноморского флота в 1918 году широко известна. Так вот, Евгений Гернет принимал в событиях тех дней самое активное участие. Он командовал отрядом из 21 вымпела, который угнал из-под носа у германцев из Севастополя в Новороссийск. А когда возникла угроза захвата порта неприятелем (сейчас не стану анализировать ситуацию – это займёт слишком много времени и места, и не имеет прямого отношения к судьбе нашего героя), руководит затоплением судов в Цемесской бухте.

Летом 1918 года Евгений Сергеевич руководит переброской нескольких лёгких судов из Азовского моря на Волгу – обратите внимание: Волго-Донской канал ещё не построен, соответственно, перевозили катера по железной дороге!.. Волжской флотилией Гернет командует совсем недолго, всего несколько месяцев, но за это время успевает съездить в Москву и выбить необходимые для обустройства и обеспечения формирующегося военного речного объединения средства. Так что к знаменитой обороне Царицына, которой командовали Сталин и Ворошилов, Гернет также приложил руку – и немалую!..

Затем судьба швыряет нашего героя по различным фронтам – туда, где возникала нужда в опытном морском офицере. Он командовал Шлиссельбургским дивизионом сторожевых кораблей – закрывал вход в Неву для британских боевых судов, завезённых через Медвежьегорск в Онежское озеро, которые могли попытаться прорваться в Петрограду с Ладоги. Впоследствии до конца 1921 года служит на Чёрном море – командует портами, укрепрайонами, секторами обороны… Судьба его щадит: к террору против офицеров, оказавшихся в «красном» плену в Крыму, Евгений Гернет отношения не имеет.

В 1922 году Евгений Гернет уволен из военно-морского флота. И до 1931 года трудится на разных должностях на Дальнем Востоке, в том числе некоторое время состоит военно-морским советником при командующем Особой Дальневосточной армией Василии Блюхере, затем по линии Наркомторга несколько лет находится в Японии. Между прочим: он знал несколько европейских языков, а теперь выучил ещё и японский. Именно в период работы в Японии Евгений Сергеевич написал свою знаменитую научную книгу «Ледяные лишаи», по какой причине она и увидела свет сначала в Стране восходящего солнца, и уж только потом на Родине (уж не этот ли факт стал для него роковым в 1938-м?)…

Ну а с 1931 года начинается этап жизни Евгения Сергеевича, связанный с освоением Северного Ледовитого океана. Он как сотрудник Гидрографического управления Главсевморпути участвует в нескольких морских экспедициях, совершает географическое открытие, участвует в разработке плана экспедиции станции «Северный полюс-1» – той самой, знаменитой, папанинской, обучает штурмана СП-1 Евгения Фёдорова пользоваться картами и таблицами…

Вот тут – самое время рассказать о научных работах Евгения Гернета. Конечно, поверхностно: всё же публикация не научная, а о судьбе человека. И потом, не со всеми выводами учёного можно согласиться – даже с моего шестка, человека, далёкого от предмета, о котором идёт речь.

В своей знаменитой книге «Ледяные лишаи» Евгений Сергеевич выдвинул теорию, которая получила признание во всём мире, и сегодня представляется абсолютно естественной и само собой разумеющейся. А именно: он первым поменял местами причину и следствие, доказывая, что Гренландский ледяной щит стал следствием похолодания климата в полярных областях, а не его причиной. С точки зрения современной науки теория абсолютно бесспорна, и считается совершенной аксиомой, и значится во всех соответствующих учебниках и справочниках. Но для своего времени она стала откровением – даже Максим Горький ею заинтересовался; ему о книге Гернета рассказал Константин Паустовский. Правда, дальнейшие рассуждения Гернета уже вызывают сомнение: он предположил, что вот если бы растопить гренландские льды, насколько климат в Арктике изменился бы к лучшему… Упомянутый уже Горький с воодушевлением писал по этому поводу Ромену Ролану: что если осуществить идею Гернета, Сибирь и Канада окажутся в райских условиях. Сегодня мы видим, к чему это приводит.

Но вернёмся к событиям околовековой давности. Евгений Сергеевич разработал новый тип морских и авиационных карт для полярных широт. Он же составил «Таблицы, упрощающие нахождение редукции», которыми полярные штурманы пользуются до сей поры.

Конечно же, я не очень понял, что это такое. Но вот представлю только… Вокруг льды на сотни и тысячи километров – с трещинами и торосами, полярная ночь со сполохами северного сияния, под килем корабля близкое дно самого мелкого земного океана… Как тут ориентироваться, как вывести судно к порту – особенно в ту пору, когда ещё не существовало космической навигации?.. А Евгений Гернет исхитрялся как-то таблицы составлять, которые помогали капитанам и штурманам!.. Наши лётчики через Северный полюс в Америку летали по этим картам и таблицам!.. Как ни уважать этот пытливый аналитический ум!..

Ну а потом… Сколько ж раз уже приходилось выражать недоумение по поводу «большого террора» конца 30-х годов!..

В 1938 году на свет родилось «дело полярников» (или иначе «Дело гидрографов»). Если коротко, то всё происходило примерно так… Мы знаем, что в 30-е годы слишком часто по служебной лестнице «наверх» проходили партийные чиновники, а не истинные специалисты из «бывших». Такие вот начальники и направили в навигацию 1937 года несколько неподготовленных караванов по Северному морскому пути… А авантюра не удалась… Кто виноват?.. Гидрографы, которые подготовили неправильные карты. А то, что тут просто вмешался природный фактор, и зима пришла раньше – на него ведь оплошность не спишешь, его к ответственности не привлечёшь!.. Вот «бывших» – запросто!..

На скамье подсудимых оказались сразу 13 человек, каждого из которых можно считать гордостью отечественной науки. «Дело» оказалось настолько топорно стяпано, что даже не слишком щепетильная в юридических тонкостях юриспруденция той поры вернула его на доследование… Однако ж не расписываться в том, что перестарались в поиске «врагов народа» – прокуратура и следствие доказали Военному трибуналу Ленинградского округа, что исследованием советского Севера занимались шпионы!.. И отправились все арестованные кто куда – подальше от мест, где от них оказалась бы максимальная польза…

Евгений Гернет угодил в ссылку в Казахстан. Работал сторожем на огороде при туберкулёзной больнице… Потом колхозным счетоводом – учёного-практика, по картам которого ледоколы и самолёты преодолевали Арктику, засадили трудодни подсчитывать…

Он скончался от инфаркта 8 августа 1943 года. Жена и старшая дочь к тому времени умерли в блокадном Ленинграде, и Евгений Сергеевич в связи с окончанием срока ссылки собирался выезжать к младшей дочери, которая находилась в эвакуации.  Тут-то от волнения сердце и не выдержало…

И право, не знаю, что к сказанному добавить…

Евгений Гернет – да сохранится в истории память об этом человеке!..

…В Карском море между Новой Землёй и Таймыром есть пролив Гернета. Он разделяет два небольших архипелага, которые носят имена Известий ЦИК и Арктического института. Любопытства ради я решил взглянуть на них; открыл карту, приблизил… И меня удивило, насколько необычная форма у этих клочков суши, выросших из глубин арктических вод… Как-то не хочется искусственно притягивать какие-то банальности, типа «необычные острова – необычная судьба»… Но и просто проигнорировать  своё впечатление от увиденного не захотел.

.

Кунгурская пещера: https://starodymov.ru/?p=41096

«Боксёрское» восстание: https://starodymov.ru/?p=33747

Русско-японская война и оборона Порт-Артура: https://starodymov.ru/?p=28956

Любовь как повод для снисхождения: https://starodymov.ru/?p=42015

Николай Юденич: https://starodymov.ru/?p=40801

Гражданская война: https://starodymov.ru/?p=35556

Гибель Черноморского флота: https://starodymov.ru/?p=25905

Британская оккупация Русского Севера: https://starodymov.ru/?p=26569

Особая Дальневосточная армия: https://starodymov.ru/?p=28325

Василий Блюхер: https://starodymov.ru/?p=35851

Станция «Северный полюс – 1»: https://starodymov.ru/?p=39633

Константин Паустовский: https://starodymov.ru/?p=40614

Изменение климата: https://starodymov.ru/?p=26139