ВО ФРАНЦУЗСКОМ ЯЗЫКЕ «БЕРЕЗИНА» – СИМВОЛ ТРАГЕДИИ

(Текст подготовлен для интернет-журнала «Камертон», где и опубликован. Для своих читателей привожу изначальную версию публикации – надеюсь, коллеги не обидятся).

1.

Моё мнение: Наполеон и его «Великая армия» обрекли себя на погибель в момент, когда только начинали переправу через Неман, чтобы отправиться в поход на Москву. И дело тут не в том, что мы сегодня об этом знаем; их разгром был предопределён отсутствием у Наполеона стратегического мышления.

Оккупанты объединённой Европы не могли победить уже по той изначальной причине, что самозванный французский император заблаговременно не соотнёс подчинённые ему силы с таким явлением, как Россия. Бонапарт назвал свою армию вторжения «Великой», не отдавая себе отчёт, что истинно великой является держава, которую он снисходительно поставил в один ряд с Пруссией, Австрией или, скажем, Неаполем…

Наполеон остался в истории как великий военный тактик; однако его поход на Россию показал, что стратег из него оказался никудышным.

Император Александр не стал бы (и мы это знаем из истории!) вести переговоры о капитуляции. И у него оставались необозримые возможности для манёвра, он всегда имел куда отступить. У Наполеона элементарно не хватило бы ресурсов гоняться за царём по всей России; из Петербурга он легко смог бы перебраться в Нижний Новгород, а там и в Казань или в Пермь…

А пока монарх на свободе и покорно не признал себя вассалом победителя, страну нельзя считать покорённой. Абсолютно непонятно, как этого можно было не понимать. Казалось бы, азы…

Так что я остаюсь при своём непоколебимом убеждении: Наполеон приговорил себя к ссылке на бесконечно далёкий остров в момент, когда по его приказу первый француз ступил на русский берег Немана. Но это моё убеждение отнюдь не умаляет бесконечного преклонения перед великим подвигом наших предков, которые через огромные страдания и потери выбили-таки из страны жалкие остатки объединённой армии Европы. Объективные условия – это одно, но для их реализации необходим реальный труд людей.

Можно сколько угодно спорить о том, насколько оправданной считать отступательную стратегию Барклая и Кутузова – но именно она привела в конечном итоге к победе. Можно сколько угодно горевать по уничтоженной Великим Пожаром древней Москве, но именно она стала западнёй для несокрушимой силы, покорившей к тому времени весь Старый Свет. Можно сколько угодно брюзжать по поводу того, что к казачьим пикам и гусарским саблям русский народ прибавил воспетую Львом Николаевичем дубину, но только когда к тебе в избу лезет тать, тут не до выбора адекватного снаряда – бей его чем ни попадя…

Наполеона и его армию победили фельдмаршалы Михаил Барклай-де-Толли и Михаил Кутузов… Генералы русской армии, погибшие в той войне – Пётр Багратион, Яков Кульнев, Александр Кутайсов, Сергей Ланской, братья Тучковы и другие. Генералы русской армии, которые воевали в России, а затем участвовали в Заграничном походе – Николай Раевский, Михаил Воронцов, Алексей Ермолов, Дмитрий Дохтуров, Матвей Платов и многие другие. Младшие офицеры русской армии, которых в моих глазах олицетворяет капитан Тушин, сотник Попов и кавалерист-девица Надежда Дурова. Бесчисленные рядовые русской армии, которые вынесли на своих плечах основную тяжесть войны. Партизаны из армейской среды, о деятельности которых мы знаем по именам их легендарных командиров – Денис Давыдов, Александр Сеславин, Александр Фигнер, Фердинанд Винценгероде, Василий Орлов-Денисов и другие. Партизаны из народных добровольцев: Ермолай Четвертаков, Семён Шубин, Герасим Курин, Василиса Кожина, Егор Стулов…

Да разве ж всех назовёшь!..

О войне 1812 года сказано и написано уже очень много. И трудно добавить к сказанному что-то новое. А потому – немного о самом главном мифе, связанном с этим нашествием. О роли в победе нашего верного союзника «генерала Мороза».

Как правило, наши историки оценивают эту роль весьма скептически – мол слухи о его заслугах сильно преувеличены. Между тем, на мой взгляд, такая позиция не совсем верна.

Вспомним, как складывалось всё поначалу. «Великая армия» неудержимо движется к Москве. Сражения, битвы, стычки… Общеевропейское войско в каждом боестолкновении теряет людей, однако в конечном итоге одерживает победы, и шагает, шагает, шагает… Жуткая бойня под Бородино… И, наконец, вот она – цель! Москва златоглавая. Как там у Наполеона?.. Взятие Москвы он сравнивал с поражением России в сердце.

И что в результате?.. Пожар – половина города выгорело; где размещаться воинству?.. Город плотно обложен партизанскими и казачьими «летучими» отрядами, которые охотятся на фуражиров – чем кормить армию?.. Посланник Лористон возвращается с многозначительной отповедью старика Кутузова: «Мы, де, войну только начинаем»…

Судя по тому, что мы знаем, Наполеон, затевая поход, руководствовался своим излюбленным правилом: ввяжемся в битву, а там посмотрим. Вот и наступила пора «посмотреть».

Не мороз как таковой заставил Наполеона спасаться бегством из опустошённой древней русской столицы. Нет, не собственно мороз – один лишь страх перед ним!.. Диктатор-авантюрист вдруг осознал, что если не предпринять каких-то кардинальных шагов, ему с двухсоттысячной армией придётся зимовать в полусгоревшем городе, без запасов продовольствия, без тёплого обмундирования… Причём, с армией, которая от безделья и безнадёги на глазах разлагается.

В этих условиях дожить до весны невозможно.

Бонапарт оказался в ситуации, когда не осталось ни малейшего шанса на то, чтобы сохранить хотя бы видимость победы. Только отступление, только бегство могло сохранить хотя бы ядро воинства, хотя бы гвардию, с которой только и можно рассчитывать на возрождение могущества империи.

И армия выступила из древней российской столицы. На тот момент она ещё оставалась армией.

Мы знаем, что французы и их союзники предприняли попытку прорваться в южном направлении – подхарчиться в районах, которые оставались не затронутыми войной; и только отчаянное сражение за Малоярославец лишило их остатков надежды на какой-никакой благоприятный исход… Думается, что даже если бы русская армия не выдержала и потрёпанные наполеоновские дивизии сумели продвинуться на юг, спасти их это уже не смогло бы. Впереди их встретила бы Область Войска Донского, на территории которой даже после мобилизации нашлось бы немало умелых казаков, а сзади уже не осталось бы никаких резервов…

Но этого не случилось. Битое разноязыкое воинство брело по разорённой дороге на заход солнца – и сколько же символики в этом образе!.. Сзади напирала русская армия, обочь безжалостно жалили партизаны…

Вполне оправданно, на мой взгляд, считается, что отступающих французов и их союзников ещё как-то можно было считать армией до Березины. После кошмарной переправы через эту речушку, которую не каждый ещё отыщет на карте, армии у Наполеона уже, по сути, не осталось. Ещё какой-никакой порядок сохраняла гвардия, некоторые другие части, но в целом…

У меня имеются эпитеты, которые рвутся в эту строку, но мне, человеку, которому довелось не раз побывать на войне, всегда от души жаль людей, которым приходится убивать и умирать неведомо за чьи интересы, которые в ту далёкую осень брели и брели по заледенелой дороге, мечтая лишь об одном: поскорее покинуть эту страну… Мне не хочется оскорблять этих несчастных, что стали заложниками амбиций честолюбца, чьё имя навсегда стало символом несоответствия роста и запросов.

Ну и коль уж речь зашла о словесной символике, вспомним ещё об одном факте… Не случайно же во французском языке на века название «Березина» осталось синонимом безнадёжной катастрофы.

Ну а в русском языке именно тогда появилось слово «шаромыжник» – от «шер ами»; впрочем, об этом факте слишком широко известно, чтобы о нём говорить дополнительно.

В общем, бежало бывшее воинство.

Первое, что начали выбрасывать незадачливые оккупанты – это трофеи: зачем нужно золото, если оно тяжёлое, и на него ничего не купишь. Потом стали оставлять телеги, пушки; со временем дело дошло и до ружей. Холода усиливались. Постепенно, по мере того, как меньше становилось пожираемых лошадей, усиливался и голод. Есть свидетельства, что дело доходило и до каннибализма…

.

О нашествии Наполеона подробнее: https://starodymov.ru/?p=40791

Об улице Великой армии в Париже: https://starodymov.ru/?p=29240

Декабрь-1812: хроника исхода: https://starodymov.ru/?p=41958