14 ноября 1941 года – в оккупированном гитлеровцами Харькове совершена диверсия, в результате которой погиб комендант гарнизона генерал-майор Георг Браун.

В общем-то, история, конечно, широко известная, но от этого она не теряет своего потрясающего эффекта.

Это ж какой интуицией следовало обладать руководителю операцией, каким знанием психологии, каким даром провидеть ситуацию!..

Речь идёт, как знает любой человек, интересующийся историей Великой Отечественной войны, об Илье Старинове – полковнике, «советском диверсанте номер один», «боге диверсии», «диверсанте столетия», «личном враге Гитлера»… Как только ни называли Илью Григорьевича – и всё справедливо!.. Впрочем, к званию полковник слово «справедливо» не относится: этот советский офицер – в этом я убеждён – достоин чинов куда более высоких!..

Напомню коротко суть дела.

К слову говоря, в бытность свою курсантом Донецкого высшего военно-политического училища я готовил реферат для кафедры Инженерного обеспечения боя как раз по описываемой теме. Хотя, конечно, в середине 70-х я не имел в достатке исходных материалов для подготовки действительно глубокого аналитического текста; да и опыта соответствующего не накопил. Но представление всё же составил сам, и, надеюсь, сумел что-то донести до своих товарищей-курсантов. Долгое время тетрадка с рефератом хранилась у меня, а потом куда-то запропастилась во время какого-то из многочисленных переездов.

…Итак, накануне войны на вооружение в подразделения спецминирования Красной армии стали поступать взрывные устройства, технические возможности которых позволяли приводить их в действие по радио. То есть установил заряд, а через какое-то время, в нужный момент за сотни километров отсюда радиостанция отправляет соответствующий сигнал – и фугас срабатывает.

Испытания в реальной боевой обстановке начали проводить уже при катастрофическом отступлении войск Красной армии в самом начале войны. Первым боевым применением радиовзрывателя стал подрыв 12 июля трёх фугасов в городке Струги-Красные, что в Псковской области (до революции городок именовался Струги-Белые).

До поры до времени гитлеровские сапёры о наличии у их советских оппонентов взрывных устройств, которые приводились в действие по радио, не знали. Потом начали догадываться…

Ну а после ряда подрывов в Киеве убедились воочию.

Вот тут я должен немного присыпать свои седины пеплом. Как-то мимо прошла информация, что ещё 22 октября 1941 года управляемый по радио фугас сработал в Одессе, во время проведения совещания руководителей сигуранца и гестапо на оккупированной территории. Как оказалось, советской армейской разведке ещё до оставления города удалось заблаговременно раздобыть план размещения служб оккупационной администрации в городе; вот и воспользовались столь ценной информацией.

Но об этом, быть может, как-то в другой раз. Вернёмся в Харьков.

…Когда стало очевидно, что Харьков придётся оставить, полковник Илья Старинов получил задание заминировать в городе здания, в которых могут размещаться гитлеровские военнослужащие. У Ильи Григорьевича опыт в этом вопросе уже накопился немалый. В Киеве оставленные им минные сюрпризы наделали много шума – и в прямом, и опосредованном смысле слова.

Но минные сюрпризы – штука разовая: дважды повторять их бесполезно. Это аксиома!..

А если к этой аксиоме подойти нестандартно? – рассудил Старинов.

Гитлеровцы любят комфорт – впрочем, кто ж его не любит… Особенно генералы – тут генералы всех армий и народов солидарны.

Опять же, кто такие русские с точки зрения гитлеровской пропаганды?.. Не стану воспроизводить соответствующие уничижительные цитаты – скажу только, что вскоре рядовым немцам пришлось на собственной шкуре убедиться, насколько далека пропаганда от реальности.

Но то – позже. А пока…

Когда части вермахта вошли в Харьков, они начали тут обустраиваться всерьёз и надолго. И командир гарнизона генерал-майор Георг Браун («фон» оно не «фон» утверждать не стану – в источниках разноколесица) сразу положил глаз на уцелевший от разрушения симпатичный особнячок, который некогда построили по распоряжению главы Советской Украины Станислава Косиора. Однако ж гордого тевтона какие-то славяне не проведут! И генерал велел тщательно проверить здание на предмет минирования. Командир сапёрного подразделения (в одном из источников уточняется его имя – капитан Карл Гейден) вскоре доложил, что и в самом деле в подвале дома под кучей угля обнаружен мощный полутонный фугас. Но эти русские настолько неграмотны, что снабдили взрывное устройство негодными батарейками… «Так точно, экселенц, что взять с этих недочеловеков»…

Между тем, всё это предвидел и предусмотрел советский взрывник. И то, что на особняк положит глаз гитлеровский военачальник, и что велит его проверить, и что обнаружит фугас, и что, обнаружив, успокоится…

Когда подполье доложило, что в здание заселился штаб гитлеровский дивизии, вот тут-то из Воронежа и прилетел радиосигнал… Вот тут-то и бабахнуло, да так, что особнячок разнесло в клочья…

Дальше – несколько легенд, за которые я не поручусь.

Первая: якобы погибший генерал Георг Браун приходился родным братом Вернеру фон Брауну – инженеру-ракетчику Третьего рейха, а потом руководителю американской космической программы. В публикациях упоминание об этом факте я встречал, но насколько это правда, не знаю. «Мало ли донов Педро в Бразилии», а Браунов в Германии…

Вторая точка зрения, о которой расскажу, но которую не считаю истинной: по мнению некоторых историков значение данной диверсии значительно преувеличено советской пропагандой. Подумаешь-де, гитлеровского комдива взорвали… А сколько других фугасов по городу гитлеровцы сумели обезвредить!.. И за гибель генерала несколько сотен харьковчан фашисты казнили… Тут и комментировать не хочется. Конечно, сколько-то взрывных устройств германские сапёры обнаружили – опыт-то они имели немалый. На войне убийство каждого врага имеет значение, а тут – целый генерал и сколько-то других штабных работников. А казни заложников – на совести оккупантов, а не борцов с ними.

Третья: якобы Старинов узнал об успехе спланированной им диверсии, находясь на допросе у следователя. Некогда Илья Григорьевич проходил по «делу Тухачевского», и его в 1937-м спас лично Клим Ворошилов. И вот теперь следователи допытывались, как же это гитлеровцы и заложенные фугасы обнаружили, да ещё и батарейки оказались отсыревшими… Операция готовилась в строжайшем секрете, и потому Старинов молчал даже на допросах – хотя при допросе «с пристрастием» у тех «следователей» мало кто не признавался в любых приписываемых им грехах. И только после гибели гитлеровского генерала истина стала известной, и его отпустили… Об этом факте я читал, но только в одном источнике, так что как там происходило на самом деле – не поручусь.

А вот то, что после случившегося Старинов вошёл в число «личных врагов фюрера», это факт.

Конечно, это звучит!.. Я когда-то обратил внимание, что слишком о многих наших соотечественниках писали: «личный враг Гитлера»… Даже сомнение возникло: может, привирает наш брат-журналист… Однако потом узнал, что секретарь фюрера и в самом деле вёл специальный учёт таким «личным врагам», и кого только в этом списке ни было – сотни имён!.. В том числе занесли в него и Илью Старинова; хотя, как Гитлер узнал имя советского полковника, представляю себе с трудом.

В общем, о том, насколько эффективна оказалась диверсия, можно судить по-разному. Но на мой взгляд, если убит вражеский генерал, а в сердца остальных вполз червячок страха, то это ж только на пользу общему делу борьбы с врагом.

.

Илья Старинов: http://starodymov.ru/?p=34598

Климент Ворошилов: http://starodymov.ru/?p=36569

ДВВПУ: http://starodymov.ru/?p=15800

Оккупация Одессы: http://starodymov.ru/?p=38638

Вернер фон Браун: http://starodymov.ru/?p=32985

«Личные враги фюрера»: http://starodymov.ru/?p=35197