ДВЕ СТОРОНЫ МЕДАЛИ ДЕДОВЩИНЫ

(Продолжение. Предыдущая часть: http://starodymov.ru/?p=33750 )

Про нее все знают. Это очень плохая сторона службы. Но если посмотреть с другой стороны*…

Успеваю быть как сержант заместителем командира взвода, мыть полы как рядовой, да еще к занятиям готовиться за некоторых. Сижу, пишу. Это в канцелярии. В нее, ну очень поздно вечером, вваливается пьяный рядовой из хозвзвода, водитель уазика Минаев. Это была первая неделя в Кизыл-Арвате. Еще никого не знал и этого также. И вот он на меня «наехал». Еще раз увижу, что позоришь звание инженера, убью. И ушел спать.

Наутро я в растерянности, от кого смерть принимать. От своих кандидатов, за то, что не мою полы или от того, за то, что мою. Мою заминку «надсмотрщики» восприняли, как нежелание выполнять обязанности и набросились избивать. Их восемь. Это я потом насчитал. И тут спасло то, что в школе занимался самбо, в институте два года «классикой» и два года боксом. На автопилоте всех разбросал. Те окружили, перевели дух и снова набросились. Снова раскидал. Снова, как елка, стою в центре круга детишек – воинов СА. А дальше открываю глаза и вижу потолок и по периметру восемь голов. Это как будто лежишь на полянке в еловом лесу. У одного в руках табуретка. И испуганные глаза. Сейчас придет офицер, на полу без сознания сержант. А в дисбат никому не охота.

Оценив ситуацию отправился в «умывалку».

Ко мне делегация:

– Полы будешь мыть?.

– Нет!

– Почему?

– Не хочу, но если хотите меня еще раз табуреткой «огреть», пожалуйста, я привык.

Ушли, больше полы и прочую работу, которую выполняют первогодки, от меня не требовали.

Но тут пристали мои бойцы. Сержант, почему ты нами не командуешь. Ты наш командир, вот и давай. Объяснил кандидатам, что по многочисленным просьбам сослуживцев теперь во взводе командовать утренней уборкой буду сам.

Те недоуменно переглянулись:

– Тебе это зачем?.

– А куда мне деваться, положение обязывает.

Утром, по команде начать уборку, двое самых рослых и сильных сослуживца хватают веревочку, третий по ней выравнивает кровати. И все! Пока остальные моют полы. И так два дня подряд. На третий «мойщики» предъявили мне претензию по несправедливому распределению ролей. Веревочку и самые маленькие держать могут. И вот даю команду трем «бугаям» мыть полы, а веревку передать Мередову и Дюсембаеву, самым маленьким. «Бугаи» заявляют, что полы они мыть не будут, т.к. они не
«чмо». Повторяю приказ. Вся рота потешается над сержантом, которого не слушают подчиненные.

И так до построения на завтрак. Дежурный офицер объявил мне выговор за то, что в моем взводе не прибрано. Все в столовую, а ты мой полы.

То, что от меня давно уже не требовали сослуживцы, пришлось сделать в одиночку. Вместо завтрака. А ведь раньше я мыл не один. И вот ложусь спать с тяжелыми думами. Утром все повторится. Овесбердыев и Акмурадов снова мыть откажутся, а наряды сержанты только в кино раздают. Меня поднимают кандидаты и требуют, чтобы я с ними прошел в сушилку. Опять драться!

Заходим в сушилку. Мой взвод стоит навытяжку.

Кандидаты подходят к первому.

– Будешь полы мыть?

– Нет, я не чмо!

Его сбивают на пол, лупят ногами и руками. Тот орет что будет мыть.

Подходят ко второму.

– Будешь?

– Буду!

Насилие повторяется, хотя тот орет, что не возражал. Подходят к третьему. Тот сразу падает на колени и визжит, что будет мыть, только не трогайте.

Ему:

– Можешь не говорить. И так знаем, что будешь.

Процесс избиения повторяется.

Поворачиваются ко мне:

– Понял, как надо командовать?!

– Не, я так не могу. Они ведь сразу побегут жаловаться, а вас они боятся.

Мне предложили идти спать, а они тут доведут до конца воспитательную работу. А я чтоб больше не лез со своими командирскими обязанностями. На утро, мои гордые бойцы первыми скрылись с мокрыми тряпками под кроватями. А через пару дней подошли с просьбой, вновь взять командование на себя. Теперь они меня будут слушаться беспрекословно. Ответил отказом, т.к. уже ими накомандовался.

Так вот. Та дедовщина была такая, год «вкалываешь», год отдыхаешь. Это и есть дедовщина. Но на примере моих бойцов, без дедовщины, если с одного двора в одну часть попадут бугай и хлюпик, последний будет два года «вкалывать», а бугай вернется домой гордый, что ничего не делал. За него все делал хлюпик, которого он и раньше во дворе втихаря покалачивал. В Кизыл-Арвате этот номер не проходил. Попробуешь заставить силой сверстника выполнить свою работу. Деды заставят выполнить и свою, и того парня. Дворовые привычки обижать слабых товарищей в свою угоду здесь отменялись.

Устинов Николай Андреевич.

Тогда сержант, заместитель командира взвода.

Сейчас работающий пенсионер.

Доцент Балаковского  инженерного технологического института.

Дополнения:

О дедовщине по моему опыту: http://starodymov.ru/?p=2948