16 мая 1910 года – родилась Ольга Берггольц, советская поэтесса

Биографическая справка об Ольге Берггольц вошла в сборник «Бессмертный полк отечественной литературы», который готовится к выпуску в издательстве «Вече»: http://starodymov.ru/?p=32255 .

Её я и предлагаю вниманию читателей.

***

БЕРГГОЛЬЦ Ольга Фёдоровна

3(16) мая 1910 г., Санкт-Петербург – 13.11.1975 г., Ленинград

Поэзия

***

Участие в Великой Отечественной войне:

В блокадном Ленинграде работала на радио и ежедневно вела передачи

***

Военные награды:

Медаль «За оборону Ленинграда»

Медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»

***

Награды за литературную и общественную деятельность:

Орден Ленина

Орден Трудового Красного Знамени

.

Награждена литературными премиями, в т.ч. Сталинской

***

Основные произведения о войне:

«Ленинградский дневник» – поэма

«Они жили в Ленинграде» – пьеса

«Ленинградская поэма» – поэма

«Говорит Ленинград» – книга воспоминаний

«900 дней» – радиофильм

«Память» – поэтический сборник

Циклы стихотворений, посвящённых битвам за Сталинград, Севастополь.

***

Память:

Почётный гражданин Санкт-Петербурга.

Именем Ольги Берггольц названы улицы в Санкт-Петербурге и Угличе.

Музей в Санкт-Петербурге.

Памятники и мемориальные доски в ряде городов России.

***

Примечание:

На гранитной стеле Пискарёвского мемориального кладбища высечены именно её слова.

***

О творчестве:

Ольга тоже заметно осунулась и побледнела, но была неестественно оживлена.

… Ольга же, блестя глазами и коротко похохатывая, рассказывала, какими молодцами оказались наши старые друзья. Женя Шварц, например. Как много она работает, сколько стихов написала. Среди них есть, между прочим, и такие, которыми она, в общем, довольна.

— Читал? Может быть, по радио слышал?

Пришлось признаться, что не читал и по радио не слышал.

— Э, братец, так ты, видно, про меня ничего не знаешь, — засмеялась Ольга. — Значит, ты и мое письмо Муське не слышал? Я его еще в сентябре написала. «Машенька, сестра моя, москвичка!» Не слышал?

Пришлось признаться, что не слышал.

Не объяснять же ей было, что, обучаясь на своих курсах, я после полевых занятий с непривычки падал на нары или просто на пол и засыпал мертвым сном. Откуда мне было знать, что за эти месяцы в жизни Ольги произошли разительные перемены, что она стала поэтом борющегося Ленинграда, что судьба ее отныне и навсегда связана с судьбой осажденного города, что в ее стихи с болью и надеждой вслушиваются люди не только в кольце блокады, но и далеко за его пределами. Короче говоря, я не знал, что случилось настоящее чудо: война и блокада подняли Ольгу на самый гребень трагических событий, разом проявили то, что годами копилось и зрело в ее душе, превратили ее в истинного поэта-гражданина, чей искренний, чуждый ложного пафоса, живой человеческий голос уверенно и властно звучал над опустевшими улицами и площадями Ленинграда, в оледеневших пещерных жилищах, в землянках и блиндажах переднего края.

Это был неожиданный для многих, но глубоко оправданный и выстраданный поэтический расцвет. Сама Ольга назвала его жестоким: «Я счастлива, и все яснее мне, что я всегда жила для этих дней, для этого жестокого расцвета»; «Благодарю ж тебя, благословляю, жестокий мой, короткий мой расцвет…».

Лев ЛЕВИН

(«Жестокий расцвет»)

***

Творчество

Блокадная ласточка

Весной сорок второго года
множество ленинградцев
носило на груди жетон —
ласточку с письмом в клюве.

.

Сквозь года, и радость, и невзгоды
вечно будет мне сиять одна —
та весна сорок второго года,
в осажденном городе весна.

.

Маленькую ласточку из жести
я носила на груди сама.
Это было знаком доброй вести,
это означало: «Жду письма».

.

Этот знак придумала блокада.
Знали мы, что только самолет,
только птица к нам, до Ленинграда,
с милой-милой родины дойдет.

.

…Сколько писем с той поры мне было.
Отчего же кажется самой,
что доныне я не получила
самое желанное письмо?!

.

Чтобы к жизни, вставшей за словами,
к правде, влитой в каждую строку,
совестью припасть бы, как устами
в раскаленный полдень — к роднику.

.

Кто не написал его? Не выслал?
Счастье ли? Победа ли? Беда?
Или друг, который не отыскан
и не узнан мною навсегда?

.

Или где-нибудь доныне бродит
то письмо, желанное, как свет?
Ищет адрес мой и не находит
и, томясь, тоскует: где ж ответ?

.

Или близок день, и непременно
в час большой душевной тишины
я приму неслыханной, нетленной
весть, идущую еще с войны…

.

О, найди меня, гори со мною,
ты, давно обещанная мне
всем, что было,- даже той смешною
ласточкой, в осаде, на войне…