ЖЕРТВЫ ЧУЖИХ АППАРАТНЫХ ИГР

Как пел Макаревич в своей знаменитой песне про крутой поворот, никому не дано заранее знать, что нас ждёт за этим самым поворотом – пропасть или взлёт, или новый изгиб дороги. События, непосредственными участниками, а можно сказать, что жертвами которых мы стали с Александром Овчинниковым, начали стремительно разворачиваться в середине января 2010 года. Судьба тогда выписала несколько замысловатых кривых, последствия которых оказались непредсказуемы для всех без исключения.

Итак, когда мы прибыли на службу 18 января 2010 года, представления не имели о том, что стрелка магистрального пути нашей дальнейшей судьбы уже переведена, что Аннушка уже не только купила, но и пролила масло,  что ни одна из задумок людей, раздувавших на тот момент ветер перемен, не осуществится… В общем, как обычно и бывает: кто-то что-то задумал, рассчитывал на некий результат, однако конечный полученный продукт получился совершенно иным. Причём, в данном случае для автора идеи и для самого инициатора интриги получился именно продукт самый неприятный, а именно продукт жизнедеятельности организма.

А теперь – по порядку.

Итак, 18 января поутру мы с Александром Овчинниковым прибыли в офис Организации «Боевое братство» на улицу Красина. Должен сказать, что ещё числа 20 декабря я высказался в том духе, что ситуация вокруг журнала обретает всё большее напряжение, что долго так продолжаться не может, и что что-то должно произойти. Потом были Новогодние каникулы, с которых мы прибыли 11 января. И вот прошла всего неделя…

Александр Овчинников (справа)

В тот день примерно в 16.30 мы получили по телефону команду бросить всё как есть и на следующий день прибыть на новое место работы, на 5-й Донской проезд. Там располагается медиа-группа команды Дмитрия Саблина, в которой нам предстояло (по словам звонившего) теперь работать. Сказать, что подобный поворот стал для нас полнейшей неожиданностью, значит ничего не сказать – какие-то перемены следовало ожидать, но ведь не до такой же степени!.. Однако на следующее утро мы поехали на Донской.

Пересказывать последующие события в хронологической последовательности нет нужды – ни у кого не хватит терпения читать. Потому постараюсь изложить происходившее предельно коротко. И хочу подчеркнуть, что всех закулисных дел я не знаю, а то, что знаю, не могу доказать – потому предлагаю для ознакомления только видимую миру лицевую сторону ситуации, так сказать, внешнюю канву.

Дмитрий Саблин

Итак, коротко, но по порядку. Центральный офис хозяйства Дмитрия Саблина располагается на улице Якиманка. А основные рабочие лошадки обосновались на Донском, в помещениях бывшего завода им. Орджоникидзе. По мере нарастания конфликта между Дмитрием Вадимовичем и руководством аппарата ББ, на Донской перебралась большая группа сотрудников аппарата Организации. Напомню также, что и внутри ветеранской среды руководства «Боевого братства», оставшегося на улице Красина, не было единства…

Надеюсь, что я достаточно прозрачно намекнул, что в аппарате Саблина ни для кого не являлось секретом, что происходит в аппарате ББ, были там в курсе и о кипении страстей вокруг журнала.

И вот в январе, в период, когда Саблин отсутствовал в Москве, от его имени и началась раскрутка интриги. Подчеркну: я не знаю, кто был её инициатором. (Вернее, предпочитаю не знать – пусть сами разбираются).

Нам позвонил Николай Жуков, человек, который не так давно до этого пришёл в структуру. Он заверил нас с Александром, что журнал «Боевое братство» больше не будет выходить под старым кураторством в офисе на ул. Красина, что Саблин забирает издание под себя, и что отныне мы должны работать на Донском под руководством Владимира Ланкина, который руководил журналом и раньше, при Шорохове. Финансирование журнала теперь переносится на Донской, так что приступайте-ка, братцы, инструктировал нас Николай Юрьевич, к работе над новым номером, и чтобы выходил он в срок, но уже в новом, правильном варианте. Тут же показали нам новое место работы – довольно просторное помещение, которое здорово выигрывало относительно полуподвальной густонаселённой коморки на Красина.
Надо сказать, что не без труда нам удалось убедить Николая Юрьевича, что просто так бросить всё на старом месте работы нельзя, нужно сдать должности и уйти как полагается. Он согласился, однако поставил условие, чтобы мы управились за один день, и при этом ни в коем случае не объясняли причину своего увольнения руководству аппарата ББ.

Вот представьте себе наше с Александром положение! Мы должны были уволиться, бросив, по сути, журнал на произвол судьбы. Ничего никому не объясняя.  При всём моём добром отношении к некоторым руководителям аппарата, я не мог даже им рассказать о причинах увольнения – потому как это было жёстким требованием  нового руководства. Меня пригласил на беседу Лев Борисович Серебров, пытался по-хорошему выспросить о причинах такого нашего поступка, а я и ему не мог ничего ответить, потому что в этом случае у меня возникли бы неприятности на новом месте службы. С другой стороны, если бы я знал, как с нами обойдётся тот же Жуков, кто знает, как бы я вёл себя в тот момент…

Повторяю вновь, вновь и вновь: главной темой разговора на новом месте являлось то, что не только мы с Александром Овчинниковым, фотографом и основным специалистом по мелкопечатной продукции Александром Рыжиковым переходим на новое место – мы на этом новом месте будем выпускать всё тот же наш журнал «Боевое братство», из-за которого и развернулся сыр-бор.

И в то же время не скрою, я по сей день испытываю крайнюю неловкость, когда приходится встречаться с сотрудниками аппарата ББ. Да, мы выполняли распоряжение, но при этом выглядели в глазах своих товарищей, с которыми бок о бок проработали довольно много времени,  попросту некрасиво. А я не люблю чувствовать, что поступил некрасиво. Пусть даже и по приказу. Потому что отдавший такой приказ в любом случае останется в стороне, а краснеть перед людьми приходится именно тебе.

Вообще события тех нескольких январских дней раскручивались стремительно.

Теперь пришла пора рассказать ещё об одном человеке. Это Сергей Николаевич Князев.

Сергей уже много лет руководит Московским областным отделением Организации «Боевое братство». И он же является одним из самых ветеранистых ветеранов ББ, он – из числа тех, кто стоят у самых-пресамых истоках его. Не так много у нас в стране проживает людей, которые бы сделали для ветеранского движения больше Сергея Князева. Как и у всех и каждого, у него имеются свои грехи и слабости, однако в целом я снимаю перед ним шляпу – перед ним и той работой, которую осуществляют он и его команда.

А к вопросу, о котором идёт речь, он имеет следующее отношение. Дело в том, что Сергей Николаевич является одним из двух соучредителей журнала «Боевое братство». И в тот момент, когда происходили описываемые события, он нас с Овчинниковым также заверил, что передача юридического права на выпуск журнала с улицы Красина на Донской проезд – это не проблема, а вопрос нескольких дней. Вполне понятно, что мы ему тоже поверили!

Лев Серебров (слева) и Сергей Князев

Таким образом, Николай Жуков, Владимир Ланкин и Сергей Князев, трое уважаемых сотрудников, имевших вес и положение в структуре Дмитрия Саблина, приказали нам переселяться на новое место с тем, чтобы журнал «Боевое братство» выходил под руководством новой команды с учётом всех тех ошибок, что были допущены предыдущей командой. Лев Серебров, Иван Рымарев, Иван Черных, Сергей Лаврухин, Анатолий Скрипка сочли, что подобный демарш – это свинство с нашей стороны. Должен признать, что я их понимаю.

Таким образом, вопрос упёрся в то, где и какими силами теперь станет выпускаться журнал.

Карта Жукова и его союзников оказалась битой. Что-то где-то в их интриге не срослось – и вдруг выяснилось, что журнал остаётся на Красина, а мы с Овчинниковым уже переехали на Донской. Мы оказались полководцами без армии.

С тех пор на протяжении года мы с Александром работали на Донском неизвестно в качестве кого. Мы еженедельно представляли отчёты о проделанной работе, соответственно, должны были эту работу отыскивать. В принципе, мероприятий по ветеранской линии проводится в стране в целом и в Москве в частности, немало. Связей у меня хватало, так что с информацией об этих мероприятиях проблем не возникало. Но у нас не имелось никакого своего издания. Мы сдавали Владимиру Ивановичу Ланкину по десятку (когда больше, когда чуть меньше) материалов в неделю, а куда они шли, какую роль играли – неизвестно. Зато когда возникала необходимость в освещении каких-то мероприятий, мы обязаны были это делать. Поскольку я в течение нескольких месяцев  работал над книгой о 46-й Отдельной бригаде оперативного назначения Внутренних войск МВД России, передо мной каких-то сиюминутных задач ставили меньше.  А Александру приходилось немного труднее… Тем более, что его одно время прикрепили в качестве журналиста к Геннадию Шорохову…

О том, как рождалась книга «10 лет на боевом посту», я ещё опишу чуть ниже. Если коротко, сотрудники, которым Саблин поручил выполнение задачи, упустили много времени, однако потом нам, рядовым исполнителям, удалось ситуацию спасти. Впрочем, слово «спасибо» в наш адрес не прозвучало.

Равно как не прозвучало и ни слова извинения из-за того, что вообще произошло с нами – со мной и Овчинниковым. Ладно, о себе умолчу – я только что вернулся в журнал, был заместителем главного редактора, получил вскоре интересное предложение о дальнейшем трудоустройстве… Но Александр!.. Всё же пост главного редактора общероссийского журнала – это статус! Вдруг его лишают этого статуса и он становится неизвестно кем неведомо при какой организации. А для журнала набрали новую команду – и выходит он благополучно на старой территории под старым же руководством. Ну как так можно?.. Ну хоть бы раз тот же Николай Жуков, затеявший всю эту историю, сорвавший нас с предыдущего места работы, попросту подошёл бы и сказал что-нибудь из серии: ну простите меня, ребята, я ж хотел как лучше… Нет – улыбался всё…

Аппаратчики, аппаратчики… Которые за склоками и никому особо не нужными интригами не видят беды и чаяния простых людей.

А потом и нас с Александром уволили вовсе. Вот ведь оно как вышло. Шли аппаратные игры, кто-то кому-то хотел сделать гадость. Мы в этих игрищах вовсе не принимали никакого участия – а оказались мелкими разменными фигурами. Когда нужно было, заинтересованные в дестабилизации обстановки руководители  интриговали друг против друга, подталкивали нас к выгодному им решению, заверяли в поддержке и разрешении ситуации в нашу пользу. Однако наплевать им было на нас, этим руководителям, наплевать и забыть.

О себе – ниже расскажу подробнее. А Александр Овчинников трудится сейчас ответственным секретарём журнала «Армейский сборник». Хотя не сразу он пришёл сюда, и немало довелось ему нервов потратить, пока обосновался на новом месте.

Чтобы завершить тему, нужно добавить, что  после нашего ухода из редакции журнала «Боевое братство» там сменилось уже несколько главных редакторов. Поскольку у многих ветеранов название журнала ассоциируется со мной, мне звонили знакомые, которых приглашали на эту должность, советовались, как быть. Очернительством я не занимался, поклёпы на нынешний состав аппарата Организации не возводил. Предупреждал только об одном. Руководство аппарата желает иметь на посту главного редактора не самостоятельного человека, а исключительно исполнителя его воли, безропотного проводника его воззрений. Если согласен занимать должность (не по названию, а по сути) не главного, а лишь выпускающего редактора – соглашайся. Если же не согласен, то готовься к борьбе, в которой победить пока ещё никому не удавалось. На сегодняшний день система справилась со всеми до единого главными редакторами, которые не проявляли стопроцентного подчинения. Один из тех, кому я говорил эти слова, это Владимир Кошелев, поэт и писатель из подмосковной Ивантеевки, с которым мы служили вместе в Афганистане, и которому также предлагали возглавить журнал.

Если бы речь шла только обо мне лично и Александре Овчинникове, я не был бы столь категоричен, признавая за собой и Александром некоторые недоработки и грехи. Однако эти слова могут подтвердить ещё несколько журналистов, которые, немного поработав в коллективе, вынуждены были уволиться.

Делать журнал «Боевое братство» под руководством Геннадия Шорохова и Владимира Ланкина было трудно. Но под нынешним руководством – ещё труднее.

…Когда я выложил на сайт свои предыдущие части записок, по поводу них у меня произошла интересная беседа. Главный редактор одного из журналов задумчиво сказал:

- Надо же – какие у нас издания разные, а взаимоотношения с дилетантами-руководителями  совершенно схожи. – Потом подумал, и добавил: – Ну, на меня хоть матом не орут…

Что ж, в этом ему повезло.