КОРОТКО О КРУИЗЕ – 3

О стеснительности

Сценка на пляже. Искупавшись, перед тем, как надеть платье, женщины, в том числе и не совсем уж молодые, без особого стеснения переодевают или вовсе снимают бюстгальтеры. Изменились времена – раньше такое и представить было немыслимо!

***

О физиологии

И ещё о женской стыдливости. Перед тем, как мы сходили на берег на карельских островах, нас предупреждали, что нужно беречься змей. Однако физиологические процессы организма не всегда подчиняются команде «терпи!». И вот временами доводилось наблюдать картину, как женщины удобряют природу, не сходя с тропинки, опасаясь привычно присесть, и только выставив «охранение» из подруг, чтобы мужчины не наскочили ненароком на даму в столь пикантной позе.

***

О параллельных мирах

Фантасты много пишут о неких параллельных мирах. Но вот туристский теплоход. Единое замкнутое пространство. Но есть команда, и есть пассажиры. Два параллельных мира, существующих в одном объёме, но параллельно друг другу.

***

И ещё раз о «мобильниках»

Забавно смотрелось, как во время прогулки по острову Пеллотсари одна дама по телефону учила кого-то правильно суп варить. Это за сотни километров от дома!.. А другая обсуждала с другой кумушкой свою соседку. Ну а о мужчине, который по тому же «мобильнику» комментировал кому-то каждый свой шаг, где он идёт и что видит, я уже писал. Наверное в этом проявляется непреодолимая тяга некоторых людей к тому, чтобы бесконечно говорить.

***

О ядовитой натуре

На одной из северных стоянок нам предлагали маленькие подушечки с наполнителем из можжевельника. Считается, что запах можжевельника имеет успокаивающий и убаюкивающий эффект. Одна из наших спутниц, отличавшая брюзгливой натурой, безапелляционно заявила, что, мол, можжевельник – растение ядовитое. А я подумал, что среди присутствующих как раз можжевельник – не самый ядовитый.

***

О мужчинах за столом

Среди определённой части мужчин сейчас пошла мода сидеть за столом и даже кушать в бейсболке. Не понимаю, как это вообще возможно: не иметь никакого представления о поведении за столом. Ладно, вилкой-ножом пользоваться не умеешь – но обедать в кепке!.. Что за поветрие такое?..

***

О семейных отношениях

Насколько видна всё же натура человека в замкнутом коллективе. Среди туристов немало супружеских пар. Смотришь: одни тихо-мирно что-то обсуждают друг с другом, кто-то что-то рассказывает, и спутник (спутница) внимательно слушает… А в других парах видишь, как супруга шпыняет своего спутника, продолжает семейную политику и вне домашних стен. Воистину, натуру не обуздаешь!

***

О мыслях философических

К концу нашего путешествия у меня сложился образ – весьма грустный, должен признать. Речной теплоход теперь ассоциируется у меня с образом неумолимости течения жизни. На нём кто-то работает, кто-то спит, пьёт кофе или водку, занимается спортом или раскрашивает матрёшки – а теплоход медленно, но неумолимо несёт тебя к конечной точке путешествия, а ещё точнее сказать, жизненного пути. Капитан теплохода управляет судном, но и сам лишь подчиняется неким, не им написанным законам – и власти над ситуацией у него не больше, чем у пассажира. От него ещё быть может, зависит, каким бортом швартоваться к причалу – и это всё.

На Шлюпочной палубе теплохода на носу имеется площадка, с которой так удобно смотреть вперёд по курсу. Смотреть – и думать!.. Вон, далеко впереди виден некий объект – остров, излучина реки, селение… Сам теплоход плывёт медленно, вроде как лениво, мягко, без буруна взрезывая воду. И кажется, что плыть до намеченной точки ещё долго-долго, и даже поторопить хочется, потому что чем-то заинтересовал тебя остров, хочется узнать, что за поворотом русла… А потом оказывается, что теплоход уже рядом, потом проплывает мимо… И всё это также неторопливо – и неумолимо…

И в этой ситуации река представляется собой символом жизни. Можно плыть по течению, можно бороться с ним – реке (жизни) на это, в общем-то, наплевать. Она струится к далёкому океану. На какой-то станции-пристани ты покинешь её, и река этого даже не заметит. Потому что этот пункт конечный только для тебя, а река жизни по-прежнему струится мимо. И по ней будут так же плыть теплоходы, которые неумолимо влекут пассажиров – каждого до его конечного пункта. Мы сходим в своём конечном пункте, так и не узнав, что ж то за море-океан, к которому стремится река жизни.

Берега у реки разные. Сплошь заросшие непроходимым лесом или застроенные домишками – а теплоход влечёт нас мимо, и не знаем мы, кто смотрит на нас, проплывающих, с берега, и чем он живёт, и какие у него проблемы или радости…

И ещё разные мысли бродили вокруг этого образа. Об отмелях, о буйках, о шлюпках и спасательных кругах на борту, которые, как правило, так и остаются невостребованными на протяжение всей жизни теплохода…

Впрочем, мысли – мыслями, а грустить в ходе круиза было особо некогда. Не совсем так. Программа путешествия была достаточно насыщенной. Однако вполне понятно, что от каждого зависело, следовать программе, жариться на солнце, или же пребывать в своей каюте.

***

Фрагмент без комментариев.

Ранее утро. Стою на палубе. Идёт швартовка. Над моей головой капитанская рубка, в которой, по случаю манёвра судна открыто окно и слышны переговоры. Что-то в швартовке не ладится, действия матросов на главной палубе какие-то суетливые…

В рубрике раздаётся какая-то реплика.

- Да чего их жалеть! – раздражённо бросает руководитель швартовки.

Уж не знаю, к чему это относилось. Но стало неприятно.

***

О тесноте армейских рядов

Мир тесен!

Есть такой анекдот. Если встретились два офицера и за 10 минут разговора не нашли ни одного общего знакомого, значит, один из них шпион.

По распространённой теории каждый человек Земли через шестое рукопожатие знаком с каждым другим жителем Земли. Офицеры России знакомы друг с другом через второе рукопожатие.

За столиком на теплоходе мы совершенно случайно, волею жребия, оказались с семейной парой – офицер Александр и жена Анна. Так вот, ещё в советские времена они служили в гарнизоне в Закавказье вместе с Александром Дробышевским, с которым я учился вместе в академии, и с которым сейчас проживаю на одной улице.

Тесен мир, тесен!..

***

Просто реплика

Какие же у чаек противные голоса!

***

О рациональном использовании времени

Забавно: в закрытом для пассажиров закутке главной палубы хранятся велосипеды, удочки и другая личная утварь команды. По прибытии на острова Ладожского озера, скажем, кое-кто тут же отправляется на рыбалку – когда прямо здесь же, а когда куда-то в другие места, очевидно, знакомые по опыту. А что? Молодцы команда, времени даром не теряют!

***

Об исторической принадлежности территорий

В первые дни круиза все экскурсоводы в той или иной степени затрагивали вот какой вопрос. Все города и острова северной Ладоги на протяжении истории множество раз переходили из рук в руки, оказывались в подданстве различных царств и королевств.

Вот и задумаешься: хорошо или плохо для этих земель, что нынче они принадлежат России? Ладно, под Швецией они никак не могли остаться. А вот под Финляндией – запросто. Как бы тогда выглядела местная жизнь, какие бы люди тут проживали?

***

Об интересе к познанию

Глядя на иных путешественников, складывается впечатление, что единственная цель, ради которой они отправились в круиз – сфотографироваться. Их не интересует рассказ экскурсовода – их волнует только чтобы запечатлеться на фоне! Возле экскурсовода находятся всего несколько человек, остальные бредут поодаль, рассуждая о политике, о болезных, о ценах…

В каком-то фильме герой Вицына повторяет: Романтизьма нету. Применительно к сегодняшнему дню, скажу: беда в том, что любознательности не осталось.