День первый:

ПУТЬ К ПРИЧАЛУ

Наверное, есть люди, которые любят ходить исключительно по не единожды хоженым тропинкам, по раз и навсегда отработанным маршрутам. Я к таковым не отношусь. Люблю познавать новое.

Конечно, иногда важно и полезно, а то и интересно второй раз прослушать какой-то интересный рассказ экскурсовода, или полюбоваться однажды виденными пейзажами. Но это всё же исключение, в путешествиях мы предпочитаем новизну.

Во всяком случае, как правило.

Именно данный тезис определил наш выбор маршрута путешествия в этот раз.

Дело в том, что каналом имени Москвы мы с супругой уже проходили четыре раза. И его шесть шлюзов, на преодоление которых уходит целый день, поднадоели. Слов нет, первый, да и второй раз было интересно. Но потом… Скучно. Тот же город Мышкин (о котором я расскажу чуть подробнее, когда мы доберёмся до «зелёной стоянки» в Козловке), бесспорно, очень интересен, там всякий раз встречаешь что-то новое… Чего не скажешь об Угличе, в котором мне как-то уж очень не везёт на экскурсоводов (правда, там совершенно замечательный мужской певческий коллектив)…

Короче говоря, отправление из Москвы с речного вокзала мы с супругой не отвергаем напрочь на перспективу, но всё же решили опробовать новые круизные пути-маршруты.

Один из таких новых путей начинается в Нижнем Новгороде.

Три года назад мы уже бывали в этом чудесном городе. Тогда это был круиз Москва – НН – Москва. Так что города мы толком не посмотрели. И решили восполнить заодно и этот пробел.

Тем более, что из столицы до города на Волге ходит теперь «Сапсан»: всего четыре часа – и на месте. Комфорт, опять же: кино показывают, в наушниках можно музыку послушать, на табло всякая информация высвечивается, вплоть до скорости движения поезда… До 160 км/час, промежду прочим!..

Что и говорить, отличный поезд. Хотя как ни суди, а четыре часа сидеть – тяжеловато. А тут ещё какой-то дядька уснул, и храпел на полную. Когда я слышу такой храп, то не понимаю, почему он – «богатырский». Кто сказал, что сильные люди должны храпеть?.. Здоровые люди вообще должны спать неслышно!

Неподалёку лепечет маленькая девочка. Вот ведь парадокс: этот лепет умиляет, а болтовня взрослых или тот же храп – раздражают. Всё же к ребёнкам у нас отношение нежное, трепетное.

В дорогу взял почитать книгу Сент-Экзюпери «Цитадель». Странно: я почему-то думал, что прочитал все основные книги «летающего графа». А вот эта как-то прошла мимо. Удивительно, особенно если учесть, насколько «Цитадель» мудра и глубока. Это подлинный философский трактат, правда, написанный простым доступным языком. Это рассуждения автора о жизни и смерти, о мудрости истинной и догматизме, о верности и предательстве…

Вот любопытно: если бы не «Маленький принц», был бы столь же популярны и остальные книги Экзюпери?.. Ведь крохотная по объёму мудрая и грустная сказка является своего рода квинтэссенцией философии писателя, в предшествующих книгах мы видим, как он пришёл к своим воззрениям, как выпестовывал их… Они замечательны – все книги Экзюпери! Но стал бы он одним из самых читаемых авторов в мире без «Маленького принца» – большой вопрос!

Особенность творчества Экзюпери, на мой взгляд, состоит в том, что он умел писать так, что его текст не воспринимаешь пассивно. Он будит мысль, которая течёт параллельно написанному, ты постоянно обдумываешь тезисы, высказанные автором. Этого трудно добиться. А вот Экзюпери умел.

…В Нижнем Новгороде мы сразу же отправились на речной вокзал. Я ведь как рассуждал! Если это вокзал, если отсюда отправляются транспортные средства в многодневные путешествия, то тут должна иметься камера хранения. Ведь не только у нас могла возникнуть такая ситуация: приехали мы в Нижний утром, а теплоход отправляется в путь вечером. Где оставить чемоданы?..

О, наивный я человек! Почему рассудил, что моя логика – здравая?.. Оказалось, что у руководства нижегородского речного порта логика иная. Здесь нет камер хранения – ни для крупной клади, ни ячеек. Очевидно, местному речному руководству так проще, и именно этот факт лежит в основе его логики. И вообще само здание вокзала тут уже сколько-то лет закрыто. Там только сбоку открыто несколько комнат, в которых разместилось представительство «Водохода».

Спасибо его сотрудницам! Девушки позволили нам оставить свою кладь у них в кабинете, правда, предварительно удостоверившись, что мы и в самом деле клиенты их фирмы.

Погуляли по городу. Кремль, Чкалов, Верхняя Набережная, Нижняя, Рождественская улица… Короче говоря, малый туристский набор.

Бублик решил прикупить

В Нижнем Новгороде поставили сколько-то небольших, чуть крупнее человеческих, фигур из бронзы, с которыми фотографируются все, кому не лень (сейчас это поветрие очень популярно повсеместно). Здесь и реально жившие люди (художник Маковский или актёр Евстигнеев), и просто персонажи (городовой, торговец булочками или фотограф)…

Вообще я о городе тоже расскажу дополнительно. Потому что в тот день 13 июля мы просто кружили вокруг речного вокзала, в томительном ожидании, когда же наконец подадут теплоход. Правда, в скверике возле речвокзала установили кое-какие развлекалки. Например, беседку, в которой можно подпитаться солнечной энергией, да ещё и замерить, сколько её тебе досталось. Чушь, понятно, но от желающих отбоя нет. А то можно покрутить педали велосипеда, отчего он озаряется светом множества огоньков.

Телефонную будку установили в сквере, с корабельным могучим аппаратом, в который ничего не произносится, кроме как «эй там, на вахте!» или вслед знаменитым кадрам «Кронштадт, алло, Кронштадт!»…

А то ещё указать пламенным революционерам путь в светлое будущее. Когда я вижу такие обелиски, думаю о том, какая была прекрасная идея – коммунизм, сколько во имя её пролилось крови, и во что она в конце концов выродилась… Обо многом я думаю, когда вижу подобные статуи. Иной раз пытаюсь пошутить рядом с ними, да только юмор получается грустный, что и говорить.

А вот наконец и наше речное транспортное средство.

Правда, мы с удивлением увидели, что подходивший теплоход «Михаил Фрунзе» – полон пассажиров. И к нашему удивлению оказалось, что у команды судна для того, чтобы просто расслабиться и полениться между рейсами вовсе нет времени, не то что суток – даже ночки им не полагается. Как-то удивительно это показалось. Днём лайнер причалил, а вскоре у трапа начала формироваться очередь на посадку.

Смотрел я на этих людей, что стояли впереди, что подходили и подходили, пристраиваясь к отрастающему «хвосту»… Сейчас мы с ними незнакомы, сейчас мы друг другу просто никто. А пройдёт несколько дней, которые мы проведём в замкнутом, вернее, огороженном леерами пространстве, и мы будем одной командой. Нет, не единой, не спаянной, слишком разнящейся по интересам, но всё же командой, коллективом. И когда по окончании рейса наступит пора расходиться, будем делать это вполне искренне.

Сейчас эти люди друг другу никто. Но нам доведётся сидеть за одним столиком, участвовать в одних конкурсах, идти рядом на экскурсиях, разговаривать, приятельствовать, а то и ссориться…

Мы оказываемся в одной лодке совершенно случайно. В смысле каждый делает свой выбор сознательно, но в целом подбор оказывается случайным. В этот раз на борту собралось много пожилых людей с внуками. В какой-то степени это закономерно (каникулы!), но и случайно тоже…

Тут же начинаешь обращать внимание на отдельных людей. Вон девушка, удивительно похожая на широко известную заморскую политикшу, прославившуюся в последнее время своими бестолковыми высказываниями – и жалко становится девчушку, представляется, как её дразнят в школе. Вон мальчик, уже вроде и не ребёнок, длинный и нескладный, а робко жмётся к маме – иллюстрация к статье об инфантилизме молодёжи. А вон семейная пара – стоят дружно и терпеливо, негромко переговариваются, судя по всему, обсуждая свои проблемы, и не обращая особого внимания на окружающих. А вон шумная компания, судя по всему уже давно спаянная и споенная…

А мимо нас снуют матросы нашего теплохода, на время обратившиеся в грузчиков. Они таскают из стоявших на берегу автомобилей продукты и ещё какие-то припасы. А причал в Нижнем не слишком удобен для претворения в жизнь любимого армейского развлечения: круглое носить – квадратное катать. Трап сверху спускается длинный, да с поворотами, да ступеньки скользкие… Сколько ходок сделали матросы-носильщики, не знаю – по 20 или по 50… Но много! Скажу откровенно, как человек, перетаскавший на своём веку грузов очень и очень много: я сочувствовал ребятам от души.

И вот, наконец, вахтенный офицер (или как он называется в речном турфлоте?) отодвигается от трапа, жестом приглашая проходить.

Круиз начинается!