Этот материал был подготовлен четыре года назад. Но тогда его не взяла ни одна редакция, в которую я его предлагал. А ведь проблема-то существует. Или ситуация за эти годы кардинально изменилась к лучшему? Может, тема напрочь ушла в прошлое? Тогда материал можно попросту стереть с сайта.
Только ведь не так это! Цифры, быть может, нуждаются в некоторой корректировке. А ведь это всё – звон колоколов, которые звонят по нашему будущему!

СИБИРЬ ОБРЕЧЁННАЯ?
Николай СТАРОДЫМОВ
Для начала – два посыла. Первый: согласно официальным данным наших властей, в жизни страны обозначился свет в конце тоннеля, наметились положительные тенденции, экономика явно выкарабкивается из кризиса. Второй: великий Ломоносов в свое время провозгласил неоспоримую, казалось бы, истину, что могущество России будет прирастать Сибирью.
Ну а теперь посмотрим, как реально сегодня обстоят дела с той необъятной часть России, которая обобщенно зовется Сибирью. Право же, когда знакомишься с объективными документами, которые рассказывают о жизни наших соотечественников за Уралом, становится страшно и оба предварительных посыла отнюдь не кажутся бесспорными.
Впрочем, это лишь эмоции. А вот факты.
Безработица нынче – бич для всей страны. Отсутствие рабочих мест толкает людей в преступную среду, провоцирует алкоголизм и наркоманию, лишает веры в завтрашний день, порождает апатию и социальную пассивность, поощряет суицид, способствует вырождению нации. Только в этом году и только в Красноярском крае лишатся рабочих мест 14 тыс. человек, в том числе 3 тыс. – в угольной промышленности. На Алтае каждый десятый житель не имеет работы; на учете в службе занятости стоит 50 тыс. человек, каждый шестой из них – более года. В некоторых районах края на каждое рабочее место претендует 100 (!) человек, в самых благополучных городах – три человека на вакансию.
Особенностью региона является то, что большинство территорий является приграничными. Соответственно, это создает дополнительную головную боль для правоохранительных органов. Ведь граница – это проблема контрабанды, пропускных пунктов, приграничной торговли… И все эти заботы возводятся в степень нашими внутренними проблемами. Граница Омской области с Казахстаном практически прозрачна, вследствие чего этот регион используется как перевалочный для транспортировки наркотиков из Средней Азии в Россию. На тувинском участке российско-монгольской границы из 1305 км охраняется только 693; в результате процветают такие преступления, как контрабанда и угон скота как в одну сторону, так и в другую.
Несколько лет назад, как мы помним, страну захлестнула волна всеобщих неплатежей. Зарплату выплачивали (если, конечно, вообще выплачивали!) какими-то псевдоденьгами, талонами, а то и продукцией – реализуй, мол, сам! С приходом нынешнего Президента (как же в него верили!) задолженности были почти повсеместно погашены. А теперь тот же процесс начинается вновь. Опять пошли забастовки и другие акции протеста против невыплат.
И ведь людей можно понять! Скажем, в Томской области на середину марта задолженность предприятий работникам составляла 300 млн. рублей! В Республике Хакасия задолженность людей по квартплате составляет 30,9 млн. рублей, только в этом году на взыскание квартплаты и выселение из занимаемого жилья подано почти 2000 исков; слов нет, Служба заказчика ЖКХ в своем праве, да только из каких шишов платить людям? И куда им деваться, если их вышвырнут на улицу?.. По состоянию на 1 января нынешнего года задолженность по зарплате в Иркутской области составляла 802,4 млн. рублей. Канули в Лету времена, когда Маяковский писал свою поэму о Кузнецке, предрекая Кузбассу великое будущее – нынче в регионе масса убыточных предприятий: в Мысках таких 67 проц., в Прокопьевске 60, в Юрге почти столько же, в Тайге 56 и т.д. В Новосибирской области по состоянию на 1 февраля текущего года задолженность по зарплате составляла почти 700 млн. рублей, причем, только за январь эта сумма увеличилась более чем на 10 проц. Средняя задолженность по зарплате в Омской области составляет 2 месяца и достигла на начало нынешнего года 682 млн. рублей.
Немалые претензии у населения имеются к нашим энергетикам, а фамилия Чубайса уже давно приобрела нарицательный смысл. Слов нет, справедливо. И тем не менее… В Республике Тыва изношенность линий электропередач составляет 70 проц. На февраль текущего года в Бурятии задолженность предприятий перед энергетиками составляла 35 млн. рублей, что вынудило энергетиков осуществлять веерное отключение целых населенных пунктов от электроэнергии. Всего же в республике 200 предприятий и организаций имеют задолженность по зарплате более чем в 2 месяца. Общая сумма долгов Бурятии превышает 120 млн. рублей.
Экология в регионе не выдерживает никакой критики. Воздух и вода больше нам отнюдь не верные друзья. Вернее, им, воздуху и воду, и хотелось бы таковыми быть, да только мы же сами их и отравляем!
Скажем, город Томск входит в число 30 городов России с самым загрязненным воздухом. Каждая пятнадцатая доля веществ, загрязняющих атмосферу Западной Сибири приходится на долю Томской области. Состояние воды в водоемах области оценивается как неудовлетворительное – и это в регионе, где, как считалось совсем недавно, водные ресурсы казались неисчерпаемыми! В 22-х территориях Алтайского края загрязненность водопроводной воды не выдерживает никаких допустимых норм. В Кузбассе (входит в десятку самых экологически неблагополучных субъектов России) предельно допустимые концентрации выбрасываемых в атмосферу и воду вредных и опасных для здоровья веществ превышены в 3–86 раз. Омск в списке самых опасных для проживания в экологическом отношении городов России занимает отнюдь не самое почетное четвертое место. Единственный источник питьевой воды региона, красавец Иртыш, отравлен соединениями ртути – эти яды щедро поставляет омичам соседний «братский» Казахстан в лице Павлодарского химического завода. В Новосибирской области только токсичных отходов накапливается до 6,5 млн. тонн; в целом же мусорные свалки общей массой почти 40 млн. тонн занимают площадь в 3,76 тыс. га. – территория, составляющая 0,021 проц. области и в то же время сопоставимая с площадью небольшого государства.
Результат не заставляет себе долго ждать. Если нет экологии – откуда ж возьмется здоровье? Миф о сибирском здоровье становится все более эфемерным. В Красноярском крае заболеваемость туберкулезом приближается к эпидемиологической отметке – с этим диагнозом здесь стоит на учете каждый пятидесятый житель, в то время как местный противотуберкулезный диспансер в состоянии обеспечить исследовательские мероприятия в объеме лишь 1 (!) процент от необходимого. Аналогичная ситуация в Новосибирской области – здесь показатель заболеваемости туберкулезом в 1,5 раза превышает общероссийский.
Причем, ладно бы болезни возрастали только у взрослых людей – особенно больно отравленные воздух и вода бьют по подрастающему поколению! В той же Томской области больше половины детей и подростков не могут считаться здоровыми – они имеют патологии нервной системы, осанки, зрения. В Иркутской области здоровых детей и того меньше – только треть; в минувшем году только 60,1 процент юношей оказались годными (в том числе и с ограничениями) в службе в армии. В Новосибирской области таких оказалось еще меньше – по состоянию здоровья служить могут только двое из пяти ребят.
С детьми связана и еще одна архиважная проблема – беспризорность и безнадзорность. Проблема, опять же, является производной из проблемы безработицы. Родители, имеющие источник дохода, вкалывают, чтобы его не потерять. Ну а те, кому не повезло, просто не в силах обеспечить детям достойное проживание. И результат налицо: скажем, в Алтайском крае выявлено примерно 2,5 тыс. детей, оставшихся без попечения родителей, а более 5 тыс. признаны безнадзорными; 11 тыс. семей, в которых проживает 23 тыс. детей, признаны неблагополучными. Следующие данные столь же очевидны – в республике каждый десятый ребенок употребляет «дурь» регулярно, и лишь один из пяти не пробовали ее ни разу.
Преступность сама по себе – явление достаточно сложное и многогранное и свести корни его к некой одной-единственной причине попросту невозможно. Тем не менее зависимость криминогенной ситуации от экономического положения региона самая прямая. Потому и рост преступности в Сибирском регионе, увы, ни у кого не вызывает удивления. В самом деле, если человеку негде заработать честно, он вынужден становиться на преступную тропу. В Новосибирске (занимает 13-е место в России по уровню преступности) в минувшем году зарегистрировано 60 тыс. преступлений. Причем, как правило, люди занимаются тем преступным бизнесом, где имеется возможность “слупить побыстрее и побольше”. Ну а это на сегодняшний день – наркобизнес!
В Читинской области за прошлый год зарегистрировано примерно 2000 преступлений, связанных с «белой смертью», почти четверть из них – тяжкие. В Новосибирской области за прошлый год, в сравнении с предыдущим, количество изъятых из нелегального оборота наркотиков возросло в 2,8 раза. Между тем, международная практика свидетельствует, что в поле зрения правоохранительных органов попадает от 10 до 25 процентов таких преступлений. Так что картина вырисовывается более чем удручающая.
О демографической ситуации в стране нынче говорить как-то даже неловко – о ней говорят все. Однако в Сибирском регионе картина не пугающая – она ужасающая! В Кемеровской области показатели материнской и младенческой смертности превышают в 1,5 раза общероссийский уровень и в 2 раза – развитых стран. В Читинской области за 10 лет население сократилось на 84 тыс. человек, т.е. каждый 12-й оказался в числе умерших и выехавших. В Иркутской области смертность в 1,4 раза превышает рождаемость; к тому же здесь наблюдается активный отток населения из региона.
Впрочем, миграционные процессы – вещь обоюдоострая. Скажем, на Алтай в минувшем году приехали 6 тыс. иностранцев. Однако данному факту порадоваться как-то не тянет. Большинство из них уклоняется от регистрации, они создают сплоченные этнические группы, чаще всего криминальной направленности.
…Так что же ждет Сибирь в будущем? Останется ли этот необъятный край русской земли русским? Приведенные выше данные вызывают в этом большое сомнение.
Или все же выкарабкаемся? А, россияне?!.

(2003)